Надмирные струи не гасят смертной жажды,
Плеская из бадьи небесных коромысл.
Мы знаки видели, все те же, не однажды:
Но вечно сердцу нов их обманувший смысл.
Весь запад пламенел. Шептали мы: «Почтоже
Бог изменил? Пождем: сильней придет иной»...
Купалася луна в широком водном ложе;
Катилась в ночь волна -- и вновь жила луной.
Взнесен ли нежный серп, повисли ль гроздья ночи, --
Дух молит небо: «Стань!» -- и Миг: «Не умирай!...»
Все, ждавшие вотще, в земле истлеют очи, --
А в небе будет млеть мимотекущий рай.