В Рим свои Tristia слал с берегов Понтийских Овидий; К Понту из Рима я шлю -- Laeta: бессмертным хвала!.. Pluvius Римское поле благословил, и враждебный Март опрокинул на нас все водоемы небес.
Друг! но сияет во мне глубокое небо, и Солнце С гордой квадриги на мир мещет златые лучи! Рим -- всех богов жилищем клянусь! -- мне по сердцу обитель: Цели достигнув святой, здесь я, паломник, блажен.
Здесь мне сладок ночлег; но сладостней здесь пробужденье: Жажду жить, созерцать, и познавать, и творить. Здесь бы поставил я прочный алтарь усталым Пенатам -- Странник бездомный! -- и вот подпись на том и печать:
Вечный очаг Всебогини, Всематери, -- вечный Всебога, -- Сей Пантеон! Шлю его, друг, не случайно тебе! Вспомнил я в нем и почтил нашей юности светлую веру: Держит над юношей власть дивный, таинственный Пан!
Все нам являло живого, сокрытого; небо пустело, Но раздавалась в лесах дальняя бога свирель... Деспот незримый, в соборе богов он жил и с трапезы Всех кумиров вкушал в храме всебожья -- всебог.
Кругом был вечного дом под шатром золотой полусферы: Кругом -- владенье земли под полусферой небес. В око разверстого свода днем Зевс, озирая кумиры, Сам его дом озарял с невозмутимых вершин.
Гаснули своды -- в отверстый зенит нисходило Селена: Гротом счастливейших Нимф мнил он созданье людей... Ныне -- чужие кругом алтари. «Победитель Природы», Юной Мадонны у ног юный почил Рафаэль.
Дух победил, и вселился во храм. Но древние камни Древней Природе поют тот же немой дифирамб! Нет изваяний, ни бронз; вот морщины, вот раны: но старец -- Храм, как незрячий Гомер, вечною дышит весной.
Нет покровов, но те же черты, то же солнце, -- и громче Древней Природе звучит, строже немой дифирамб!.. Многих поклонник богов, я сам, язычник беспечный, Мой побежденный Олимп мирно с победным слиял.
Многих богов Рим почтил, всех прияв во священные ниши; Многих почтили богов Анджело и Рафаэль. Что тосковать нам о том, что с вершин Индийских на тиграх Уж не сойдет Дионис меж исступленных Мэнад?
Не умирает Рим -- не умрут ни гений, ни боги: Будут нам боги еще, будет еще красота! -- «Странный! ужель за Альпийской стеной не довольно почтенным Паркам расспросом пустым ты, как дитя, досаждал?
Темную будущность там заклинай и надейся по воле: Здесь настоящим живи! здесь созерцай и молись! Счастлив истинно ты пред многими в Гипербореях: Стольких познал ты богов, столько ты зрел красоты!
Но пока, приютясь у подножия Collis Hortorum, Ты праздномысля сидишь, -- от Эфиопов святых С пира вернулся Зевес, и послал нам перун благосклонный, И несказанно лазурь вешней грозой прояснил.
Весело ныне в Музее бродить, где, как плектрон незримый, Стройно движет тебя статуй бесчисленных ритм; Иль, обходя святой Палатин и прославленный Форум, Из величавых гробов звать величавую жизнь...»
Так говорил Гений Места. Но я ответствовал: «Ныне Время и гениям знать: добрый Гомер устарел. Время взирать на мир с просвещенною мысли свободой: Друг, стремись усвоять разум ученых мужей!
Знай же: не свят Эфиопский народ; не чтут они Зевса; Не Океан -- их предел, и не поток-- Океан... Думаю: Плувий-Юпитер увидел Рим потопленный И мутно-желтой волной рвущийся Тибр из оков,
И разгневился на туч, на ветро́в ненужную ревность, И, враждебный стране, сдержан астральный Овен. Что ж до богов бессмертных и Муз, -- ты прав. Но сегодня Свежей упиться весной дальний Яникул зовет:
Видеть у ног я хочу семь холмов за Тибром священным И простершийся град от оснований Петра. Темный колеблется там кипарис, как сходящая дева; Там изваянную ветвь лавр горделиво несет;
Меры полна, в небесах стелет пиния облак округлый; Знойной каникулы ждут шелестной пальмы листы. Станом лазурных шатров облегли Рим эфирные горы; В недолговечных венцах снежные блещут зубцы.
Гостя Яникул зовет; друг зовет послание: Гермий! Ты в добрый час дай письму бурный увидеть Эвксин! Ты же -- бог ли, богиня ль -- услышь, о, великий! моленье И наложи на него сам, Гений Места, печать!
Мертвые знаки проникни божественной силой и дружбы Бледный привет оживи отблеском этого дня!..» Так молясь, я чертил: «На брег Понтийский из Рима Laeta...» Радуйся, друг, так же, как радуюсь я!
Cookies on Poetry Cove