Я вопрошал полуденные волны: «К вам, волны, прихожу осиротелый: Как одиноким быть -- и быть единым?» Ответствовали волны: «В полдень белый
Мы осмоленные лелеем челны И прядаем, гоняясь за дельфином. Вернись, когда на побережьи длинном Луч удлиннит гребней зеленых тени
И час пески опенит розой алой.» Я на заре усталой Сошел на отмель, и заслышал пени Стихии одичалой:
Луна всходила, и волна вставала, По ласке лунной томко тосковала. Мятежной влаги рос прилив, мужая, Под пристальным и нежным притяженьем;
И в камни зыбь хлестала пеной белой, До глубины волнуема движеньем, Всем зеркальным простором отражая Богини нимб, средь неба онемелой,
Сплав серебра в золе порозовелой, -- Впивая полным лоном свет струистый, Струясь и рея струйностью двойною, -- Вся жизнию родною,
Вся плотию согретая пречистой, -- Волшебной пеленою Покрытая, -- но светлых чар не видя, В касаниях разлуку ненавидя.
Подлунные так в полночь пели волны Свою тоску душе осиротелой; Я ж в одиночестве прозрел слиянность Сил соприродных, и на лире смелой
Отшедшей пел: «О ты, которой полны Все сны мои, -- чья в сердце осиянность Мерцает мне сквозь тусклую туманность Мирской пустыни! Стала прозорлива
Душа страданьем, и прикосновений Твоих, мой близкий гений, Познала трепет, и в огне прилива Незримою счастлива.
Откройся ж мне, мои разверзни очи, Разоблачись светилом ясной ночи!» Она в ответ: «Когда б узнали волны, Что в них луна, что блеща реют ею, --
В струях своих узрели б лик желанный. Твоим, о мой избранный, Я стала телом; ты -- душой моею. В песках моею манной
Питаемый! воззри на лик свой вчуже: Жену увидишь воплощенной в муже.»
Cookies on Poetry Cove