Как стая лебедей, застигнутых грозой, В полях шатры литовские белели: Душа Батория рвалась на Русь войной, Сердца граждан к герою пламенели.
О стены Полоцка! Давно ли жребий битв Вас воротил под русские знамена? И снова слышен вопль отчаянных молитв: Там за Двиной куют оковы плена...
Нестройный шум кругом обходит вражий стан, Не дремлет рать, а ночь уж над землею, Леса безмолвствуют -- и стелется туман По-прежнему над спящею рекою.
Судьба грядущего волнует сонм вождей, Их бодрый дух, как снасть под бурей, гнется,-- Но кто средь них пришлец? Он жгет огнем очей, И в верности перед мечом клянется...
Князь Курбский, отрекись! Ряд доблестных могил И бедная отчизна пред тобою... Свершилось! Мести яд в нем чувства отравил И занял мысль предательной войною.
«Иду --смирися, Иоанн, На окровавленном престоле! Кто станет за тебя, тиран? Народ, замученный в неволе, --
Худая рать против граждан... Прошло твое златое время! Я помню, как во цвете дней, Пороков низких сбросив бремя,
Завесу тьмы сорвав с очей, На лобном месте ты явился С толпой бояр и воевод... И некий свет в Москве разлился!
От тяжких снов восстал народ И, чувством сладостным томимый, Подвинулся со всех концов: Так царь светил, еще незримый,
Из мрака гор влечет орлов. Стеклись и стар и млад, как волны, Залив всю площадь близь царя, И стихнули, благоговенья полны,
Преображенного узря. Величие души прямое Мятежную сменило кровь, В нем разожглась к добру любовь,
В очах раскаянье живое; Как он молил забыть беды -- Исчадье своевольной жизни -- И клялся мудрости плоды
Взлелеять для драгой отчизны! Друзья царя, в толпе вождей !Адашев и Сильвестр стояли: Залог надежды лучших дней,
Как две звезды, они блистали. Я зрел, как царственный обет Из уст в уста передавался -- И русский, жертва долгих бед,
В слезах пред небом умилялся... И души всех в единый щит Слились за Русь, царя и бога! О, сколь прекрасен зрелся вид!
К высоким подвигам дорога Отверзлась, с нетерпенья длань Хватала меч, ища обиды, -- Громить ли буйную Казань,
Смирить ли полчища Тавриды? Народный дух, как исполин, Восстал из бездны испытаний; Над ним, рассеяв мрак годин,
Зажглась звезда завоеваний... А днесь? Тиран, ты заглушил Спасительный закон природы -- И Русь родную превратил
В гроб древней славы и свободы! Под шумом буйственных пиров, Отец-губитель беспощадный, На трупы свежие сынов
Ты зришь с улыбкой кровожадной. Не песнь побед, не клик граждан, Лишь жертвы вопль твой слух пленяет; И солнце, сняв с Москвы туман,
Ряд новых казней освещает: Как злак, падет и стар и млад, Муж битвы и душа совета; Не смей оплакать брата брат:
Дерзнувший бросить мщенья взгляд Наутро уж невзвидит света. Без места в думе мудрый муж, Влачись, как тать, в чужбину;
Ватага злых, наемных душ Сменила царскую дружину. Давно погасли две звезды: Адашев, друг добра и чести,
Не избежал злой клеветы И царской легковерной мести; Он твердо перешел к цепям От ступеней скользистых трона
И, жизнь вручая небесам С мольбой, не обнаружил стона. А там, где хладный океан Таит отшельников обитель,
Отрада скорбных россиян, Почил Сильвестр, вражды гонитель, -- И днесь кто даст благой совет? Друзья царя -- враги народа:
Басманов, изверства клеврет, Увечный духом воевода; Свирепых кровопийц глава, Малюта, изверженье ада;
И Вассиян, злый пастырь стада, Змея сердец, -- его слова Текут красно с отравой яда. Но, царь! Уж близок божий гнев!
Се глады землю наказуют, Меч варваров и язвы зев В Руси безвыходно пируют; Растут пожары в городах,
И пепл Москвы не остывает; Давно успеха нет в боях, То весь, то область отпадает. Смирись, -- иду!..»
И стройно двинулась Баториева рать. Уж развились отечества знамена: На бодрых ратников нисходит благодать -- И далека от мыслей их измена;
Как доброй матери, их жизнь отчизне дань. Молитеся! Кровавый день зарделся, Как птица вещая, окрест завыла брань... И Курбский злым весельем разгорелся
О, горе русскому!.. С небес спустилась ночь. Мятежная Двина Раскинувшись, спокойно засыпает; Сразив толпы теней, плывет над ней луна
И грозную окрестность освещает. Твердыни Полоцка в развалинах горят; Раскинут стан под яркими огнями, Про битву смелую литовцы говорят --
И пьют вино победными ковшами. Разнесся далеко веселья шумный гул, Вот по рядам ходить ковши устали, Песнь звучную младой литовец затянул --
И сон забыт, ей ратники внимали: «Сладко в отчизне, под сению мира, Гражданам день за днем провожать; Но ратнику слаще, под бурею битвы,
За знамя отчизны грудью стоять! Братья! Чей голос я слышу за нами? «Вы отстояли матерь-Литву, Пред вами белеет дорога с чужбины,
И крепость склонила вражью главу». Голос знакомый! Он дух укрепляет, Вспыхни наутро новая брань -- Мы снова, бодрее сомкнемся рядами,
Вперед! За отчизну дрогнет ли длань? Клубится дым над пепелищем битвы, В сеть облаков закралася луна; Отвторился по стану глас молитвы,
И сладкий сон наводит тишина. Почила рать; сквозь сон светлеют лица, Игра мечты -- и лепет на устах: Им снится мир, на родине светлица,
И взоры дев, и встречи в городах. Густеет мрак; ряд бледных привидений, Шатры вождей в безмолвии стоят; И лишь в одном нет благодатной тени --
Там поздние огни лампад горят; Задумчиво муж битв сидит пред ними, Его очей бежит отрадный сон С спокойствием, с виденьями благими;
Не мыслию победной занят он, И не горит к Литве святой любовью; В углу шатра стальной доспех висит, Широкий меч, облитый русской кровью,
Как божий гнев, очам его блестит... И в памяти минувшее восстало: Он, юноша, был родины щитом, В венце побед чело его сияло,
Он не краснел перед своим мечом, И лишь за Русь в нем сердце трепетало! Башкира степь, Ливонии поля И вышины зубчатые Казани
Еще хранят высокие дела Его души и меченосной длани; Как взоры чад преступного отца, Они пред ним украдкою мелькают,
Но не яснят угрюмого лица: Невинные, но душу раздирают! Ночь протекла, -- и не смыкал очей На родину пришедший со врагами;
В его душе утих порыв страстей,-- И на восток смотрел он со слезами, И проклинал кровавый пир мечей.
Cookies on Poetry Cove