Титания! я помню старый сад
И помню ночь июньскую. Равниной
Небесною, как будто зауряд
Плыла луна двурогой половиной.
Вы шли вдвоем... Он был безумно рад
Всему -- луне и песне соловьиной!
Вдруг господин... припомни только: вряд
Найдется столько головы ослиной
Достойный... Но Титания была
Титанией; простая ль шалость детства,
Иль прихоть безобразная пришла
На мысли ей, -- осел ее кокетства
Не миновал. А возвратясь домой,
Как женщина, в ту ночь рыдал другой.