Skip to content
1822

Мои вожатые

Glinka F.N.

Ко мне прекрасные девицы, Как гости, с ласкою, пришли И повели меня младые С собой в зеленые луга.

Тогда весна ласкала землю, Всё пело радость, всё цвело. Ручьи как будто говорили, Шептали с кем-то дерева:

Заря, как пламя, разгоралась На дальней синеве небес, И ароматный, теплый вечер Меня кропил своей росой,

Как милая любви слезами. Ходили долго мы в лугах; Всё было ровно перед нами. Я не видал стремнин и гор.

И привели меня девицы В палаты пышные с собой; И сами белыми руками Мне постилали мягкий одр,

И сожигали ароматы Кругом в кадильницах златых; И подносили мне в бокалах, Как радость, светлое вино;

И тихо милые шептали: «Усни, счастливец молодой! Будь верен нам, мы будем долго Тебя лелеять и беречь!»

И я уснул -- и в сновиденьи, Ничем не связанный, как мысль, Лечу, несытый, в поднебесной Из царства в царство -- и везде

Меня ласкали, мне сулили Богатство, счастье и покой, И я, как гость в пиру роскошном, Из полной чаши радость пил

И таял в неге... Вдруг раздался Летящей бури страшный свист,-- Мне показалось, своды неба Упали с треском надо мной!

И я проснулся! О, превратность! Еще не верю я глазам... Где вы, обманщицы младые? Где светлый дом, где пышный одр,

Где сердцу милые обеты?.. Всё было сон -- я на скале, Нависшей над пучиной черной, Лежал, один, в глубокой мгле!

Ужасно море клокотало, И яркой молнии бразды Ночное рассекали небо, И полосами по волнам,

Как змеи, с свистом, пролетали... Как мразом стиснутый поток, Я цепенел... Власы вздымались; В стесненных жилах стыла кровь,

И замирала грудь... но кто-то Меня могущею рукой Отвлек от пропасти кипящей, Я стал свободен... я спасен...

И он шепнул мне, мой спаситель: «Слепец! ты над пучиной спал! И ты погиб -- когда поверишь Еще надеждам и мечтам!»

Cookies on Poetry Cove

We use cookies to remember your language preference and — only with your consent — to learn how Poetry Cove is used. You can change your mind any time.
Мои вожатые · Glinka F.N. · Poetry Cove