Она никогда не знала,
как я любил ее,
как эта любовь пронзала
все бытие мое.
Любил ее бедное платье,
волос ее каждую прядь...
Но если б и мог сказать я --
она б не могла понять.
И были слова далеки...
И так -- до последнего дня,
когда в мой путь одинокий
она проводила меня...
Ни жалоб во мне, ни укора...
Мне каждая мелочь близка,
над каждой я плачу,
которой касалась ее рука...
Не знала -- и не узнает,
как я любил ее,
каким острием пронзает
любовь -- бытие мое.
И, может быть, лишь оттуда,
если она уж там, --
поймет любви моей чудо
она по этим слезам...