Безвольность рук твоих раскинутых...
уста покорные молчат.
И сквозь ресниц полусодвигнутых
едва мерцает бледный взгляд.
Ты вся во власти зыбкой томности
и отдающегося сна...
О, не любовью, грешной темностью
моя душа уязвлена.
Пусть не люблю -- нет сожаления,
пусть ты не любишь -- всё равно,
меня жестокости и дления
пьянит холодное вино.
Как будто в дьявольское зеркало
взглянули мы... Оно светло,
и нас обоих исковеркало
его бездонное стекло.