Перебирая вновь украдкой
Все письма нежные твои,
Я окрылен был местью сладкой
И упоен тоской любви.
Я говорил небесным высям:
«Сотрите бурей и грозой
Слепые знаки этих писем,
Так чудно лгавших предо мной».
Я говорил свечам горящим:
«Пожрите их своим огнем, --
И пусть не лжет мне в настоящем
Раз обманувшее в былом.
Развейте их налетом шумным», --
Я буйно ветры умолял,
Но сам я в бешенстве безумном
Их уничтожить не дерзал.
Так жаждет зла и разрушенья
Былым святыням ренегат
В час малодушного моленья,
Тоской и трепетом объят.