Я был у Кача и Орбека,
Молил, просил;
Не отыскалось человека
Продать чернил.
Хоть плачь, хоть требуй благородно,
Хоть их беси,
Дают чернил каких угодно,
Да не Plessy.
Коммуна-де да прусский гений
Наслали бед;
Французских к нам произведений
В подвозе нет.
Теперь, о Клио, понимаю,
Как их . . .!
С тоскою в сердце прилагаю
Здесь 2 рубли.
Но яд чернил к душе поэта
Не подноси!
В таможне ждут: к исходу лета
Придет Plessy.