Его томил недуг. Тяжелый зной печей,
Казалось, каждый вздох оспаривал у груди.
Его томил напев бессмысленных речей,
Ему противны стали люди.
На стены он кругом смотрел как на тюрьму,
Он обращал к окну горящие зеницы,
И света божьего хотелося ему --
Хотелось воздуха, которым дышат птицы.
А там, за стеклами, как чуткий сон легки,
С востока яркого всё шире дни летели,
И солнце теплое, морозам вопреки,
Вдоль крыш развесило капели.
Просиживая дни, он думал всё одно:
«Я знаю, небеса весны меня излечут...»
И ждал он: скоро ли весна пахнёт в окно
И там две ласточки, прижавшись, защебечут?