И Бога нет со мной. Он отошел, распятый,
и грешные молитвы осудил.
Молиться перед Ним и благостно и свято
я больше не могу. Я не имею сил.
А ночью перед Ним по прежнему лампада,
молитвенный немеркнущий цветок
И только я молчу. Моих молитв не надо,
в них сердца моего непросветленный сок
В них слабая душа, лишенная покрова,
земная, жадная, последняя любовь...
А Он -- Он на кресте. На нем венец терновый,
и на руках запекшаяся кровь.
Он смотрит на меня и пристально и строго,
как прежде, -- говорить не станет Он со мной,
но в тягостном пути как мне идти без Бога,
одной, совсем одной.