Что ты, Муза, так печальна,
Пригорюнившись, сидишь?
Сквозь окошечка хрустальна,
Склоча волосы, глядишь;
Цитры, флейты и скрыпицы,
В белы руки не берешь;
Ни божественной Фелицы,
Ни Плениры не поешь?
Что мне петь? -- Ах! где Хариты?
И друзей моих уж нет!
Львов, Хемницер в гробе скрыты,
За Днепром Капнист живет.
Вельяминов, лир любитель,
Богатырь, певец в кругу,
Беззаботный света житель,
Согнут скорбями в дугу.
Да! Фелицы нет, Плениры,
Нет Харит, и нет друзей:
Звук торжественныя лиры
Посвятишь кому твоей?
Посвятишь ли в честь ты Хлору
Иль Добраде в славу ты?
Труб у них не слышно хору?
Дни их тихи, как листы.
Тот сидит всегда за делом,
Та покоит вдов, сирот;
В покрывале скромном, белом,
Так Зима готовит плод.
Не видать её работы,
Не слыхать её машин;
Но по скуке зрятся льготы,
И земля цветет как крин.
Между тем к нам, Вельяминов,
Ты приди хотя согбен,
Огнь разложим средь каминов,
Милых сердцу соберем;
И под арфой тихогласной
Наливая алый сок,
Воспоем наш хлад прекрасной:
Дай Зиме здоровье Бог!