Skip to content
1807

Атаману и войску Донскому

Derzhavin G.R.

Платов! -- Европе уж известно, Что сил Донских ты страшный вождь. Врасплох, как бы колдун, всеместно Падешь как снег ты с туч, иль дождь.

По черных воронов полету, По дыму, гулу, мхам, звездам, По рыску волчью, видя мету, Подходишь к вражьим вдруг носам;

И зря на туск, на блеск червонца, По солнцу иль противу солнца, Свой учреждаешь ертаул И тайный ставишь караул.

В траве идешь, -- с травою равен; В лесу, -- и равен лес с главой; На конь вскокнешь, -- конь тих, не нравен, Но вихрем мчится под тобой. --

По камню ль черну змеем черным Ползешь ты в ночь, -- и следу нет. -- По влаге ль белой гусем белым Плывешь ты в день, -- лишь струйка след. --

Орлом ли в мгле паришь сгущенной, Стрелу сечешь ей в след пущенной, И брося петли округ шей, Фазанов удишь, как ершей.

Разил ты льва, луне гнул роги, Ходит противу солнца в бой; Медведей, тигров средь берлоги Могучей задушал рукой:

Почто ж вепря щетиночерна, Залегшего в лесах средь блат, С клыков которого кровь, пена Течет, -- зловоние и яд --

От рыла взрыты вкруг могилы, От взоров пламенны светилы Край заревом покрыли весь -- Арканом не схватил поднесь?

Что ж стал? -- Борза ль коня не стало? Возьми ковер свой самолет. -- Ружейного ль снаряду мало? Махни ширинкой, лес падет. --

Запаса ли не видишь хлебна? Гложи железны просфиры. -- Жупан ли, епанча ль потребна? Сам невидимкой все бери.

Сапог нет? -- Ступни самоходны, Надень, перчатки самородны И дуй на огнь, на мраз, на глад: Российской силе нет преград.

Бывало, ведь и в прежни годы Взлетала саранча на Русь, Многообразные уроды Грозили ей налогом уз.

Был грех, от свар своих кряхтели, Теряли янством и главы; Но лишь на Бога мы воззрели, От сна вспрянули будто львы.

Был враг Чипчак; -- и где Чипчаки? Был недруг Лях; -- и где те Ляхи? Был сей, был тот; -- их нет: а Русь?.. Всяк знай, мотай себе на ус.

Да как же это так случалось? Заботились, как днесь, Цари; Премудро всё распоряжалось, Водили рать богатыри:

При Святославиче Добрыня Убил дракона в облаках; Чернец Донского -- исполина Татарского поверг во прах. --

Голицын, Шереметев, Львовы Крушили зубы в дни Петровы; Побед Екатерины лавр: Чесма, Кагул, Крым, Рымник, Тавр.

Неужто Альпы в мире шашка? Там молньи Павла видел Галл; На кляче белая рубашка Не раз его в усы щелкал;

Или теперь у Александра При войске нету молодца? С крестом на адска Саламандра Ужель не сыщется бойца?

Внемли же моему ты гласу: Усердно помоляся Спасу, В четыре стороны поклон, И из ножен булат твой вон!..

И с свистом звонким молодецким Разбойника сбрось соловья С дубов копьем вновь мурзавецким, И будь у нас второй Илья;

И заперши в железной клетке, Как желтоглазого сыча, Уранга, сфинкса на веревке Примчи, за плечьми второча.

Иль дватцать молодцев отборных, Лицем, летами, ростом сходных, Пошли ты за себя за злым; Двадцатый хоть -- приедет с ним.

Для лучшей храбрых душ поджоги, Ты расскажи им Руску быль; Что старики, быв в службе строги, Все невозможности чли в пыль;

Сжигали грады воробьями, Ходили в лодках по земле, Топили вражий стан прудами, Имели пищу в киселе,

Спускались в мрачны подземелья, Живот считали за безделья; К отчизне ревностью горя, За веру мерли и царя.

Однако ж, чтоб не быть и жертвой, Ты меч им кладенец отдай, Живой водой их спрысни, мертвой И горы злата обещай;

Черкесенок, Грузинок милых, У коих зарьныя уста, Бровь черна, жил по телу синих Сквозь виден огнь и красота;

А на грудях, как пух зыбучих, Лилей кусты и роз пахучих, Манят к себе и старцев длань: Ты, словом, -- все сули им в дань.

Я дочь свою и сам крестову, Красотку юную, во брак Отдам тому, кто грудь орлову На славный сей отважит шаг;

Денисовым и Краснощоким, Орловым, Иловайским вслед, По безднам, по горам высоким В дом отчий лавр кто принесет:

Девицы, барыни Донския, Вздев платья Руския, златыя, Введут его в крестов чертог И воспоют: велик наш Бог!

Под вечер, утром, на зарянке, Сей радостный услыша глас, Живя уединеньем в Званке, Так-сяк взбреду я на Парнасс

И песню войску там Донскому, Тебе на гуслях пробренчу: Да белому Царю, младому, В венце алмазы разцвечу. --

Пусть звук ужасных днешних боев Сподвижников его Героев Мой повторяет холм и лес, И гул шумит, как гром небес!

Cookies on Poetry Cove

We use cookies to remember your language preference and — only with your consent — to learn how Poetry Cove is used. You can change your mind any time.
Атаману и войску Донскому · Derzhavin G.R. · Poetry Cove