Ветер сердито в трубе Свищет, поет, завывает; Стужа хозяйкой в избе Из угла в угол гуляет.
Сор и разбросанный хлам. Видны лохмотья худые, Стекол нет целых у рам, Дыры повсюду сквозные,
Иней блестит из трубы, Тает и капли роняет. Люлька висит средь избы, В ней паренек засыпает.
Старшие дети кричат, По полу скачут, играют, В рваных рубахах дрожат, -- Холодно, на печь влезают.
А горемычная мать Горем убита, бедою, Крика не слышит ребят, Очи сверкают слезою.
Как неживая, она Голову держит руками, Щеки белей полотна, Косы повисли прядями.
Смолоду вольной взросла, Замуж пошла самоходкой, С мужем согласно жила. Стешу в селе звали «ловкой».
Первой жать, прясть и косить В волости Стеша считалась, Деток погодно родить С бабой любою равнялась.
Сыто жилось от труда, Стали им люди дивиться, Да вот случилась беда, С нуждою пришлось поводиться.
Рядом случился пожар: Искру в сенях заронили, Дом охватил сильный жар... Сына в избе позабыли.
Бросился муж доставать Стешин ребенка соседа, -- И не вернулся назад, Не отыскали и следа.
Стеша осталась вдовой С кучей детей -- малолеток; Сердце съедает тоской: Как ей поднять своих деток?
«Мама! -- ребятки кричат, -- Ты бы нам есть положила...» И горемыки дрожат: Стужа и печь остудила.
Стеша на деток глядит, Горе ей грудь разрывает; Ветер поет и свистит, Вьюга в щелях завывает.
Cookies on Poetry Cove