Что мне делать с тобой, докучная ласточка! Каждым утром меня -- едва зарумянится Небо алой зарей и бледная Цинтия Там в туманы покатится, --
Каждым утром меня ты криком безумолкным Будишь, будто назло! А это любимое Время резвых детей Морфея, целительный Сон на смертных лиющего.
Их крылатой толпе Зефиры предшествуют, С ними сам Купидон летает к любовникам Образ милых казать и счастьем мечтательным Тешить жертвы Кипридины.
Вот уж третью зарю, болтливая ласточка, Я с Филидой моей тобой разлучаюся! Только в блеске красы пастушка появится Иль Психеей иль Гебою,
Только склонит ко мне уста пурпуровые И уж мой поцелуй, кипя нетерпением, К ним навстречу летит, ты вскрикнешь -- и милая С грезой милой скрывается!
Ныне был я во сне бессмертных счастливее! Вижу, будто бы я на береге Пафоса, Сзади храм, вкруг меня мирты и лилии, Я дышу ароматами.
Взор не может снести сиянья небесного, Волны моря горят, как розы весенние, Светлый мир в торжестве и в дивном молчании, Боги к морю склонилися. --
Вдруг вскипели валы и пеной жемчужною С блеском вьются к брегам, и звуки чудесные Слух мой нежат, томят, как арфа Еолова; Я гляжу -- вдруг является...
Ты ль рождаешься вновь из волн, Аматузия? Боги! пусть это сон! Филида явилася С той же лаской в очах и с тою ж улыбкою. Я упал, и, отчаянный,
«Ах,богиня! -- вскричал, -- зачем обольстить меня? Ты неверна, а я думал Филидою Век мой жить и дышать!» -- «Утешься, обманутый, Милый друг мой! (воскликнула
Снова в наших лугах Филида, по-прежнему В свежих кудрях с венцом, в наряде пастушеском) -- Друг, утешься, я все...» Болтливая ласточка, Ты крикунья докучная,
Что мне делать с тобой -- опять раскличалася! Я проснулся -- вдали едва зарумянилось Небо алой зарей, и бледная Цинтия Там в туманы скатилася.
Cookies on Poetry Cove