Ты в Петербурге, ты со мной, В объятьях друга и поэта! Опять прошедшего мы лета, О трубадур веселый мой,
Забавы, игры воскресили; Опять нас ветвями покрыли Густые рощи островов И приняла на шумны волны
Нева и братьев и певцов. Опять веселья, жизни полный, Я счастлив радостью друзей; Земли и неба житель вольный
И тихой жизнию довольный, С беспечной музою моей Друзьям пою: любовь, похмелье И хлопотливое безделье
Удалых рыцарей стола, За коим шалость и веселье, Под звон блестящего стекла, Поют, бокалы осушают
И громким смехом заглушают Часов однообразный бой. Часы бегут своей чредой! Удел глупца иль Гераклита,
Безумно воя, их считать. Смешно бы, кажется, кричать (Когда златым вином налита, Обходит чаша вкруг столов
И свежим запахом плодов Нас манят полные корзины), Что все у бабушки судьбины В сей краткой жизни на счету,
Что старая то наслажденье, То в списке вычеркнет мечту, Прогонит радость; огорченье Шлет с скукой и с болезнью нам,
Поссорит, разлучит нас с милой; Перенесем, глядишь -- а там Она грозит нам и могилой. Пусть плачут и томят себя,
Часов считают бой унылый! Мы ж время измерять, друзья, По налитым бокалам станем -- Когда вам петь престану я,
Когда мы пить вино устанем, Да и его уж не найдем, Тогда на утро мельком взглянем И спать до вечера пойдем.
О, твой певец не ищет славы! Он счастья ищет в жизни сей, Свою любовь, свои забавы Поет для избранных друзей
И никому не подражает. Пускай Орестов уверяет, Наш антикварий, наш мудрец, Почерпнувший свои познанья
В мадам Жанлис, что твой певец И спит и пьет из подражанья; Пусть житель Острова, где вам, О музы вечно молодые,
Желая счастия сынам, Вверяет юношей Россия, Пусть он, с священных сих брегов, Невежа злой и своевольный
И глупостью своей довольный, Мою поносит к вам любовь: Для них я не потрачу слов -- Клянусь надеждами моими,
Я оценил сих мудрецов -- И если б я был равен с ними, То горько б укорял богов.
Cookies on Poetry Cove