Всё было тихо; солнце село; Чуть слышен плеск волны; А ночь июльская светлела Без звезд и без луны.
Веслом двухлопастным лениво Я бороздил поток -- Скользил по Лене горделивой Берестяной челнок.
Далёко берег, был за мною, Другого не видать; Но над безбрежною рекою, Так весело мечтать!
Природа северная чудной Красой одарена; Но для кого в стране безлюдной. Роскошна так она?
О, для кого такое лето, И для кого зима! То днем и ночью много света, То днем и ночью тьмы!
Якут на дивные картины Смотреть не сотворен; Весь пан его -- кусок конины И кумыса чарон.
Не вечно прелести от света Красавица таит; И нежится, полураздета, Когда одна сидит.
Далёко мысль моя летела От благодатных мест; А ночь июльская светлела Без месяца и звезд.
Вдруг вихорь... Дико заревела, Напенившись, река; И безотрадно заскрипело Бересто челнока.
Ныряет он, -- то вверх выносит, То падает опять, Как будто о пощаде просит То небеса, то ад.
Надежды нет: река безбрежна; Грозит, но медлит смерть; На трепет жертвы неизбежной Ей весело смотреть.
Еще раз буря простонала; В лицо ударил вал... И ничего потом не стало -- Я не жил, не страдал.
Когда очнулся я, всё было И тихо и светло; Отрадно солнышко всходило, И Лена -- как стекло.
Один под сосною прибрежной Лежал и думал я: То сон ли был души мятежной, Иль чудо бытия?
Но глаз мой зорок, ухо чутко... Я слышу шум шагов, Я вижу -- старая якутка Выходит из кустов.
«Скажи мне, друг мой узкоокий, Что было, как со мной? Я утонул в реке глубокой -- И кто спаситель мой?»
Молчи и слушай, нуча, слово: Хотук тебя спасла. Смотри: вдали стоит сурово Сергуева скала.
Вчера абтах переселился На эту высоту; Увидел лучу, рассердился И -- напустил сату.
А я три раза поднимала Спасительный керях; Меж тем тебя не видно стало В бушующих волнах.
Но силен бог... Сата минула, Сравнялася Эббе. Я ветку с берега столкнула И понеслась к тебе.
Пусть давит аджарай абтаха. Ты, нуча, невредим. Возьми подарок и без страха Гуляй по свету с ним».
Шаманка амулет счастливый Надела на меня: То были волосы из гривы Пеганого коня.
С тех пор за годом год промчался -- Я не считал их сам, -- И много, много я скитался В степях и по морям.
Но дар заветный удаганы Всегда меня хранил; Пред ним стихали ураганы, Он молнии гасил.
Зверь лютый набежит, бывало, -- Смирится и уйдет; Иль змей в меня направит жало, -- Свернется и уснет.
Весь мир послушным мне казался, -- Не думал я о нем, Но я жестоко ошибался В могуществе своем.
Раз повстречался я с девицей: Зарница на щеках, Огонь небесный под ресницей, Рубины на устах.
Вилися локоны густые: Волнилась тихо грудь: Тут рай, все блага тут земные -- Не мне -- кому-нибудь.
Напрасно к силе амулета Несчастный прибегал: Не вздох, любовию согретый, -- Я холод ощущал.
Пред взором девы горделивой, Не любящей меня, Бессильны волосы из гривы Пеганого коня.
Ах, удаган, мой друг далекий, Зачем ты не дала Мне против красоты жестокой Волшебного узла?
Пускай бы бури рокотали Над головой моей, И звери лютые рыкали, И шевелился змей...
Не так мое бы сердце ныло, Не так страдал бы я, Как пред красавицей Людмилой, Холодной для меня.
Cookies on Poetry Cove