Это было печальное утро: туман
Над столицей свой саван гробовый
Распростер, с неба дождь, будто слезы, лился,
Веял холод повсюду суровый...
Я на площадь пришел... Там толпа собралась,
Эщафот поднимался там черный:
Три ступени, дощатый помост и на нем
Столб с тяжелою цепью позорный.
В строй сомкнувшись, солдаты стояли кругом,
Палачи на помосте гуляли,
И жандармы задами своих лошадей
С наглым видом толпу оттесняли.
Отделения Третьего мерзостный штаб
Тут же был -- и с султанами кепи
Любовались с злорадством жестоким, когда
Укрепляли железные цепи...
Небо было темно, ветер жалобно выл...
Час за часом тянулся уныло...
Сердце было мучительной пыткой полно
И тоской ожидания ныло...
Раздался стук колес... Загремел барабан,
И карета подъехала... Вышел
Из нее человек -- и его на помост
Палачи повели... Я не слышал
Вздохов скорби в толпе: каждый в сердце таил
Муки сердца... но взоры сверкали
Скорбным гневом... Он шел мимо нас, и пред ним
Все мы головы низко склоняли.
Бледен лик его был, но смотрел, как всегда,
Он с иронией горькой... Своими
Палачами он был окружен, но в тот миг
Не они -- он смеялся над ними...
Но когда, приговор прочитавши, к столбу
Притянули ему цепью руки
И с открытым челом он стоял под дождем
С бледным ликом, исполненным муки,--
О, тогда вздохи скорби толпа не могла
Превозмочь... и у женщин катились
Слезы, горькие слезы из глаз,
И сердца наши злобою бились...
Палачи! Как Христа, приковали его
У столба казни цепью позорной,
Приковали за то, что к свободе он звал,
Что насилья был враг он упорный!..