На пути из Назарета

На пути из Назарета Встретил я Святую Деву. Каменистая синела Самария вкруг меня,

Каменистая долина Шла по ней, а по долине Семенил ушастый ослик Меж посевов ячменя.

Тот, кто гнал его, был в пыльном И заплатанном кунбазе, Стар, с блестящими глазами, Сизо-черен и курчав.

Он, босой и легконогий, За хвостом его поджатым Гнался с палкою, виляя От колючек сорных трав.

А на нем, на этом дробном, Убегавшем мелкой рысью Сером ослике, сидела Мать с ребенком на руках:

Как спокойно поднялися Аравийские ресницы Над глубоким теплым мраком, Что сиял в ее очах!

Поклонялся я, Мария, Красоте твоей небесной В странах франков, в их капеллах, Полных золота, огней,

В полумраке величавом Древних рыцарских соборов, В полумгле стоцветных окон Сакристий и алтарей.

Там, под плитами, почиют Короли, святые, папы, Имена их полустерты И в забвении дела.

Там твой сын, главой поникший, Темный ликом, в муках крестных. Ты же -- в юности нетленной: Ты, и скорбная, светла.

Золотой венец и ризы Белоснежные -- я всюду Их встречал с восторгом тайным: При дорогах, на полях,

Над бурунами морскими, В шуме волн и криках чаек, В темных каменных пещерах И на старых кораблях.

Корабли во мраке, в бурях Лишь тобой одной хранимы. Ты -- Звезда морей: со скрипом Зарываясь в пене их

И огни свои качая, Мачты стойко держат парус, Ибо кормчему незримо Светит свет очей твоих.

Над безумием бурунов В ясный день, в дыму прибоя, Ты цветешь цветами радуг, Ночью, в черных пастях гор,

Озаренная лампадой, Ты, как лилия, белеешь, Благодатно и смиренно Преклонив на четки взор.

И к стопам твоим пречистым, На алтарь твой в бедной нише При дорогах меж садами, Всяк свой дар приносим мы:

Сирота-служанка -- ленту, Обрученная -- свой перстень, Мать -- свои святые слезы, Запоньяр -- свои псалмы.

Человечество, венчая Властью божеской тиранов, Обагряя руки кровью В жажде злата и раба,

И само еще не знает, Что оно иного жаждет, Что еще раз к Назарету Приведет его судьба!