Волшебный король показался на горной вершине, обнявшись, с красавицей дочкой своей. Сказал ей: «На нашем воздушном дельфине,
сорвавшись с вершины, помчимся, купаясь в эфирах, скорей --
по воздуху в синих холодных сапфирах помчимся скорей!..»
Средь горных вершин вот рыба летит золотая -- дельфин. «Ну, с Богом, садись --
к дельфину на золотистую спину садись...» И в воздухе ясном блистая,
дельфин / полетел... Несутся над миром. Их замок родимый вдали потускнел, завешенный синим эфиром.
Теперь не настигнуть их ночке. Сапфиры все реже, а красные яхонты чаще. Короной их в воздухе старый король собирает и дочке
струею горящей к ногам высыпает. Как много пьянящего в смехе искристом вина!
В изящной короне, в серебряно-бледном, росистом хитоне, она --
играет седой / бородой / короля / чародея. Как много изящества в ней!.. Блестя, огневея,
воздушные ткани атласистых, рыжих кудрей несутся за нею по ветру и рвутся... Дельфин / золотою
ладьею ныряет средь облачных вздутых вершин, с лучом / заходящего солнца играет,
плеснувши по воздуху рыбьим хвостом. Король управляет дельфином... он в лебедя смелого -- / белого -- подхваченным в воздухе красным рубином
бросает. Кричит: «О, возлюбим полеты великих стремлений, -- высоты
вселенских волнений»... Все выше, все выше... Над нею склонился: «Пора тебе, дочка, уснуть»...
«Куда мы, родитель?» -- чуть шепчет она, побледневши. -- «Далеко, за тучкой перистой наш путь... Ее мы разрежем, взлетевши,
стрелой золотистой промчавшись...» Все выше, все выше...
Они присмирели, обнявшись... Вот звезды горят в золоченом убранстве...
Туманный обрывок на них наплывает без цели, повиснув драконом в пространстве.
Cookies on Poetry Cove