Нет имени тебе, мой дальний.
Вдали лежала мать, больна.
Над ней склонялась всё печальней
Ее сиделка -- тишина.
Но счастье было безначальней,
Чем тишина. Была весна.
Ты подходил к стеклянной двери
И там стоял, в саду, маня
Меня, задумчивую Мэри,
Голубоокую меня.
Я проходила тихой залой
Сквозь дрёму, шелесты и сны...
И на балконе тень дрожала
Ее сиделки -- тишины...
Мгновенье -- в зеркале старинном
Я видела себя, себя...
И шелестила платьем длинным
По ступеням -- встречать тебя.
И жали руку эти руки...
И трепетала в них она...
Но издали летели звуки:
Там... задыхалась тишина,
И миг еще -- в оконной раме
Я видела -- уходишь ты...
И в окна к бедной, бедной маме
С балкона кланялись цветы...
К ней прилегла в опочивальне
Ее сиделка -- тишина...
Я здесь, в моей девичьей спальне,
И рук не разомкнуть... одна...
Нет имени тебе, весна.
Нет имени тебе, мой дальний.