С каждой весною пути мои круче,
Мертвенней сумрак очей.
С каждой весною ясней и певучей
Таинства белых ночей.
Месяц ладью опрокинул в последней
Бледной могиле, -- и вот
Стертые лица пьяные бредни...
Карты... Цыганка поет.
Смехом волнуемый черным и громким,
Был у нас пламенный лик.
Свет набежал. Промелькнули потемки.
Вот он: бесстрастен и дик.
Видишь, и мне наступила на горло,
Душит красавица ночь...
Краски последние смыла и стерла...
Что ж? Если можешь, пророчь...
Ласки мои неумелы и грубы.
Ты же -- нежнее, чем май.
Что же? Целуй в помертвелые губы.
Пояс печальный снимай.