«Кичкене́, ахшам хаир!»
Для тебя, мой стройный тополь
Я готов забыть весь мир,
И Москву, и Севастополь!
В час, как тени упадут
На холмы и на долины,
И к молитве позовут
Правоверных муэдзины,
И слышней журчат ручьи
По садам Бахчисарая,
И засвищут соловьи,
Сладострастно замирая,
Заиграет ветерок
С тополями по вершинам --
В этот час, под вечерок.
Ты с горы идешь с кувшином,
И звенящая струя
Зарокочет по кувшину;
Выхожу тогда и я,
Свой портфель походный выну.
Начертать я в нем хочу
Стан твой девственный и стройный,
Эти косы по плечу
И во взгляде пламень знойный,
И восточные черты,
Хоть неловко, хоть неверно...
Но опять с кувшином ты
Убегаешь, точно серна!
Я кричу тебе: «Прости,
Пышный цвет Бахчисарая!»
Ты на миг, в полупути,
Остановишься, играя,
Ручки сложишь и стоишь
Над кувшином грациозно;
Я к тебе -- но ты глядишь
Повелительно и грозно...
Я напрасно умолял
Дать мне хладного напитку --
Ты сказала: «Кель фантал!» --
И захлопнула калитку...