Днем небо так ярко: смотрел бы, да больно; Поднимешь лишь к солнцу взор грешных очей -- Слезятся и слепнут глаза, и невольно Склоняешь зеницы на землю скорей
К окрашенным легким рассеянным светом И дольнею тенью облитым предметам. Вещественность жизни пред нами тогда Вполне выступает -- ее череда!
Кипят прозаических дел обороты; Тут счеты, расчеты, заботы, работы; От ясного неба наш взор отвращен, И день наш труду и земле посвящен.
Когда же корона дневного убранства С чела утомленного неба снята, И ночь наступает, и чаша пространства Лишь матовым светом луны налита, --
Тогда, бледно-палевой дымкой одеты, Нам в мягких оттенках земные предметы Рисуются легче; нам глаз не губя, Луна позволяет смотреть на себя,
И небо, сронив огневые уборы, Для взоров доступно, -- и мечутся взоры И плавают в неге меж светом и мглой, Меж дремлющим небом и сонной землей;
И небо и землю кругом облетая, Сопутствует взорам мечта золотая -- Фантазии легкой крылатая дочь: Ей пища -- прозрачная лунная ночь.
Порою же ночи безлунная бездна Над миром простерта и густо темна. Вдруг на небо взглянешь: оно многозвездно, А взоры преклонишь -- земля чуть видна,
Дол тонет во мраке: -- невольно вниманье Стремится туда лишь, откуда сиянье Исходит, туда -- в лучезарную даль... С землей я расстался -- и, право, не жаль:
Мой мир, став пятном в звездно-пламенной раме, Блестящими мне заменился мирами; Со мною глаз на глаз вселенная здесь, И, мнится, с землею тут в небе я весь,
Я сам себе вижусь лишь черною тенью, Стал мыслью единой, -- и жадному зренью Насквозь отверзается этот чертог, Где в огненных буквах начертано: бог.
Cookies on Poetry Cove