Огнями небо разрывая, Летела туча громовая; Умолкла... Ветер не несет -- И тихо в бездну океана
Печальной глыбою тумана Огнегремучая падет. Губящ, блистателен, огромен, Прошел дозволенный ей пир,
И в миг паденья грозно -- темен Прощальный взгляд его на мир. Еще она не догремела, Еще палящих сил зерно
В ее клубах заключено; Но сила тщетная замлела, И молний замкнутый колчан Без грому спущен в океан.
Он пал, помазанник судьбины! Там, между скал, в немой дали, Угас во мраке, средь пучины, На скудном лоскуте земли.
Не мог, неволею томимый, Унять он бурных дум своих: Не убаюкивали их Ни ночи мир не нарушимый,
Ни томный шум волны, дробимой О край утесов вековых; Не мог смирить державной страсти Он искусительных тревог,
На дребезгах разбитой власти Он успокоиться не мог; -- И в миг, когда в могильной грани Жизнь исполина перешла,
В последний миг земных страданий Его душа с мечтой о брани В обитель мира потекла. Величья дольнего граница --
Над прахом гения воздвигнулась гробница, И те пустынные места осенены Наитием священной тишины, И, кажется, ровней там ветер дышит,
И осторожней гнет покорную лозу, И трепетным листком таинственней колышет, Бояся пробудить почившую грозу; И, кажется, кругом на царственном просторе
Самодовольней плещет море, Как бы гордясь, что удержать могло Гиганта-пленника своим кристаллом синим И грозного земным твердыням
В оковах влаги сберегло; И облекает мрак угрюмый Гробницу острова; лукаво шепчет лес, И облака стекаются, как думы,
На сумрачном челе небес.
Cookies on Poetry Cove