Между скал

Белело море млечной пеной. Татарский конь по брегу мчал Меня к обрывам страшных скал Меж Симеисом и Лименой,

И вот -- они передо мной Ужасной высятся преградой; На камне камень вековой; Стена задвинута стеной;

Громада стиснута громадой; Скала задавлена скалой. Нагромоздившиеся глыбы Висят, спираясь над челом,

И дико брошены кругом Куски, обломки и отшибы; А время, став на их углы, Их медленно грызет и режет:

Здесь слышен визг его пилы, Его зубов здесь слышен скрежет. Здесь бог, когда живую власть Свою твореньем он прославил,

Хаоса дремлющего часть На память смертному оставил. Зияют челюсти громад; Их ребра высунулись дико,

А там -- под ними -- вечный ад, Где мрак -- единственный владыко; И в этой тьме рад-рад ездок, Коль чрез прорыв междуутесный

Кой-где мелькает светоносный Хоть скудный неба лоскуток. А между тем растут преграды, Все жмутся к морю скал громады,

И поперек путь узкий мой Вдруг перехвачен: нет дороги! Свернись, мой конь, ползи змеей, Стели раскидистые ноги,

Иль в камень их вонзай! -- Идет; Подковы даром не иступит; Опасный встретив переход, Он станет -- оком поведет --

Подумает -- и переступит, -- И по осколкам роковым, В скалах, чрез их нависший купол, Копытом чутким он своим

Дорогу верную нащупал. Уже я скалы миновал; С конем разумным мы летели; Ревел Евксин, валы белели,

И гром над бездной рокотал. Средь ярких прелестей созданья Взгрустнулось сердцу моему: Оно там жаждет сочетанья;

Там тяжко, больно одному. Но, путник, ежели порою В сей край обрывов и стремнин Закинут будешь ты судьбою, --

Здесь -- прочь людей! Здесь будь один! Беги сопутствующих круга, Оставь избранницу любви, Оставь наперсника и друга,

От сердца сердце оторви! С священным трепетом ты внидешь В сей новый мир, в сей дивный свет: Громады, бездны ты увидишь,

Но нет земли и неба нет; Благоговенье трисвятое В тебя прольется с высоты, И коль тогда здесь будут двое,

То будут только -- бог и ты.