Пока я разумом страстей не ограничил, Несчастную любовь изведал я не раз; Но кто ж, красавицы, из вас. Меня, отвергнув, возвеличил?
Она -- единая! -- Я душу ей открыл: Любовь мечтателя для ней была не новость; Но как ее отказ поэту сладок был! Какую, лестную суровость
Мне милый лик изобразил! «Сносней один удар, чем долгое томленье, -- Она сказала мне, -- оставь меня, уйди! Я не хочу напрасно длить волненье
В твоей пылающей груди. Я не хочу, чтоб в чаяньи тревожном Под тяжестию мной наложенных оков В толпе ненужных мне рабов
Стоял ты пленником ничтожным. Другие -- пусть! -- довольно, коль порой. Когда мне не на чем остановить вниманье, Я им, как нищими подаянье,
Улыбку, взгляд кидаю мой -- Из милости, из состраданья. Тебе ль равняться с их судьбой? Рожденному для дум и жизни не безплодной,
Тебе ли принимать богатою душой Убогие дары от женщины холодной? Я не хочу обманом искушать Поэта жар и стих покорной
И полунежностью притворной Тебя коварно вдохновлять, Внушать страдальцу песнопенья И звукам, вырванным из сердца глубины,
Рассеянно внимать с улыбкой одобренья И спрашивать: кому они посвящены? Заветных для меня ты струн не потревожишь -- Нет! Для меня -- к чему таить? --
Необходим ты быть не можешь, А лишний -- ты не должен быть!» И я внимал словам ласкательно суровым; Ловила их душа плененная моя;
Я им внимал -- и с каждым словом Я крепнул думою и мужественнел я; И после видел я прозревшими очами, Как головы других покорности в залог,
У ног красавицы простертыми кудрями Сметали пыль с прелестных ног. Пустой надеждою питался каждый данник, А я стоял вдали -- отвергнутый избранник.
Cookies on Poetry Cove