Давно альбом уподобляют храму,
Куда текут поклонники толпой,
Где место и мольбам и фимиаму,
Возженному усердною рукой,
Куда порой и хладное неверье
Вторгается в обманчивой тиши...
Нет! Он не храм -- но, может быть, преддверье
К заветной храмине души.
И первый я на чистые ступени
Таинственной обители вхожу;
Я стану здесь. Довольно, что молений
Допущен я к святому рубежу!
Вослед за мной, по светлому призванью,
Сюда придут с обильной чувства данью
И первого пришельца обойдут;
Избранники торжественно и прямо
Пройдут в алтарь доступного им храма,
Где, может быть, последних обретут
Ближайшими к святыне сокровенной;
Возвысится служенья стройный чин,
И гимны раздадутся: я один
На паперти останусь, оглашенный!