О, как быстра твоих очей
Огнем напитанная влага!
В них все -- и тысячи смертей
И море жизненного блага.
Они, одетые черно,
Горят во мраке сей одежды;
Сей траур им носить дано
По тем, которым суждено
От их погибнуть без надежды.
Быть может, в сумраке земном
Их пламя для того явилось,
Чтоб небо звезд твоих огнем
Перед землею не гордилось,
Или оттоль, где звезд ряды
Крестят эфир лучей браздами,
Упали белых две звезды
И стали черными звездами.
Порой, в таинственной тени,
Слегка склоненные, они,
Роняя трепетные взгляды,
Сияньем теплятся святым,
Как две глубокие лампады,
Елеем полные густым, --
И укротив желаний битву
И бурю помыслов земных,
Поклонник в трепете при них
Становит сердце на молитву.
Порой в них страсть: ограждены
Двойными иглами ресницы,
Они на мир наведены
И смотрят ужасом темницы,
Где через эти два окна
Чернеет страшно глубина, --
И поглотить мир целый хочет
Та всеобъемлющая мгла,
И там кипящая клокочет
Густая, черная смола;
Там ад; -- но муки роковые
Рад каждый взять себе на часть,
Чтоб только в этот ад попасть,
Проникнуть в бездны огневые,
Отдаться демонам во власть,
Истратить разом жизни силы,
Перекипеть, перегореть,
Кончаясь, трепетать и млеть,
И, как в бездонных две могилы,
Все в те глаза смотреть -- смотреть.