Звучат часов медлительных удары, И новый год уже полувозник; Он близится; и ты уходишь, старый! Ступай, иди, мучительный старик.
На пир зовут: я не пойду на пир. Шуми, толпа, в рассеяньи тревожном; Ничтожествуй, волнообразный мир, И, суетный, кружись при блеске ложном
Мильонов свеч и лучезарных ламп, Когда, следя мгновений бесконечность, Мой верный стих, мой пятистопный ямб Минувший год проталкивает в вечность.
Скорей, скорей! -- настал последний час -- И к выходу ему открыты двери. Иди, злой год. Ты много взял у нас, Ты нас обрек на тяжкие потери...
Умолк, угас наш выспренний певец. И музами и славою избранной; Его уж нет -- торжественный венец Упал на гроб с главы его венчанной.
Угас и он, кто сыпал нам цветы Блестящего, роскошного рассказа И Терека и браного Кавказа Передавал заветные черты.
Еще певца маститого не стало, Еще почил возлюбленный поэт, Чье пенье нам с первоначальных лет Игривое и сладкое звучало...
Умолк металл осиротелых лир. Суровый год! Твой кончен ход унылый; Последний твой уже исходит час; Скажи, ужель поэта в мир могилы
Могучего переселив от нас, Земле взамен ты не дал поселенца, Руками муз повитого? Ужель Ни одного ты чудного младенца
Не положил в земную колыбель? Да взыйдет он! Таинственных велений Могуществом, быть может, уж влеком, В сей миг с грудным родимой молоком
Он пьет струи грядущих вдохновений, И некогда зиждительным огнем Наш сонный мир он потрясет и двигнет, И песнь его у гроба нас настигнет,
И весело в могилу мы сойдем...
Cookies on Poetry Cove