То думал видеть в нем героя
В великолепном шишаке,
С булатной саблею в руке
И в латах древнего покроя.
Я думал: в пламенных очах
Сиять должно души спокойство,
В высокой поступи -- геройство
И убежденье на устах.
и предо мной
Явился вдруг... чухна простой:
До плеч висящий волос
И грубый голос,
И весь герой -- чухна чухной.
Он начал драть ногтями
Кусок баранины сырой,
Глотал ее, как зверь лесной,
И утирался волосами.
Он череп ухватил кровавыми перстами,
Налил в него вина
И всё хлестнул до дна...
Не шевельнув устами.