Бежит неверное здоровье, И каждый час готовлюсь я Свершить последнее условье, Закон последний бытия;
Ты не спасешь меня, Киприда! Пробьют урочные часы И низойдет к брегам Аида Певец веселья и красы.
Простите, ветреные други, С кем беззаботно в жизни сей Делил я шумные досуги Разгульной юности моей!
Я не страшуся новоселья; Где б ни жил я, мне всё равно: Там тоже славить от безделья Я стану дружбу и вино.
Не изменясь в подземном мире, И там на шаловливой лире Превозносить я буду вновь Покойной Дафне и Темире
Неприхотливую любовь. О Дельвиг! слезы мне не нужны; Верь: в закоцитной стороне Прием радушный будет мне:
Со мною Музы были дружны! Там, в очарованной тени, У струй, где нежатся поэты, Прочту Катуллу и Парни
Мои небрежные куплеты, И улыбнутся мне они. Когда из таинственной сени, От темных Орковых полей,
Здесь навещать своих друзей Порою могут наши тени, Я навещу, о други, вас; Сыны забавы и веселья!
Когда для шумного похмелья Вы соберетесь в праздный час, Приду я с вами Вакха славить; А к вам молитва об одном:
Прибор покойнику оставить Не позабудьте за столом. Меж тем за тайными брегами, Друзей вина, друзей пиров,
Веселых, добрых мертвецов Я подружу заочно с вами. И вам, чрез день или другой, Закон губительный Зевеса
Велит покинуть мир земной; Мы встретим вас у врат Айдеса Знакомой дружеской толпой; Наполним радостные чаши,
Хвала свиданью возгремит, И огласят приветы наши Весь необъемлемый Аид!
Cookies on Poetry Cove