Вся явь земли живому Богу И звездной Вечности цветет... Час, обреченный на тревогу, И миг, что тишь забвенья пьет,
Раскрыты тайною одною... Вскипев нежданною волною, Восторг и боль, вражда, любовь Поют в крови и молкнут вновь...
Восторг -- на миг, и скорбь -- на годы! Сиротство сердца в смене лет, Упорный сев и чахлый цвет, -- Вот неизбывный чин природы,
Где беглый час ведет в века Неутомимая тоска! Здесь все тоскующее знанье, Что я собрал на нивах дней,
Влачась, один, стезей изгнанья, Средь снов, обманов и теней... Но я приемлю жизнь без пени И, славя трепет всех мгновений,
Их скудный дар в груди храню И, зная слезы, верю дню... И уповаю непреложно, Что, как суровый час ни глух,
К пыланью зорь восходит дух, И песня радости возможна, Хоть мне средь всех псалмов милей Призыв бездомных журавлей!
Есть в этом зове весть живая Всему, что здесь, в слезах, в пыли Под ношей жизни изнывая, Не знает торжества земли!
Вот почему в осеннем поле Грудь разрешается от боли И реет дух -- из мира лжи -- За неземные рубежи...
И пусть напевный плач вечерний Прольет на трудный путь людской Свет умиленья и покой, Что в мире праха, мире терний
Раздумье скорбного чела Цветами юность обвила, Но полно мудрствовать лукаво... У жизни много светлых чаш,
Где слита вся земная слава, И наше утро, полдень наш, Как знойный вихрь, взрываясь, рея, Лелеет нас, не вечерея.
Пылает время, жизнь пестра, И в звездных искрах дым костра, Где мчит забвенье хороводы, И миг, что шумная волна
У скал морских, не зная сна, Поет молитвенные оды, Как я, бездомный пилигрим, Как я, наперсник снов людских,
Молюсь -- пою у ног твоих.
Cookies on Poetry Cove