Колибри, птичка-мушка, бесстрашная, хоть малая,
Которой властью Солнца наряд цветистый дан,
Рубиновая фея, лазурная, и алая,
Сманила смелых бросить родимый их Ацтлан.
Веселым пышным утром, когда весна багряная
Растит цветы, как солнца, как луны, меж ветвей,
Летунья щебетнула: «Тиуй, тиуй,» -- румяная,
Как бы цветочно-пьяная: «Тиуй, -- идем, скорей!»
В тот миг жрецы молились, и пение жемчужное
Лазурно-алой феи услышали они,
Пошел народ бесстрашный, все дальше, в царство Южное,
И красной лентой крови свои обвил он дни.
И Мексика возникла, виденье вдохновенное,
Страна цветов, и солнца, и плясок, и стихов,
Безжалостность и нежность, для грезы -- сердце пленное,
Сын бога -- жертва богу, земной -- среди богов.
Дабы в Чертогах солнца избранник знал забвение,
Ему исторгнуть сердце агатовым ножом:
Разбей земные лютни, забудь напев мгновения,
Там в Небе -- Девы Солнца, Бог-Семицветник в нем.
Богиня Белой Жатвы, Богиня Звездотканности,
Бог-Пламя, Бог-Зеркальность, Богиня -- Сердце Гор...
Колибри, птичка-мушка, в безжизненной туманности
Ты сердце научила знать красочный узор!