Мы так живем, что с нами вечно слава,
Хмельная кровь, безумствующий бред,
И, может быть, в том жгучая отрава,
Но слаще той отравы в мире нет.
Как мы живем? Взгляни, о мрак лукавый,
Что над тобой? Глубокий синий час.
Там яхонты, не ждущие оправы,
Смарагды, лаллы -- все это для нас.
Сам Вседержитель властною десницей
Толкнул и опрокинул россыпь снов,
Затем, что он в ночах, зарницеликий,
Внимать любви вспевающей готов.
И мы поем -- о том, что любим рдяно,
Что травы ночью грудим мы в стога,
И песня льется струйкою кальяна,
И океан рокочет в берега.
И так поем, что если б были мертвы,
Мы ожили бы, слыша тот напев,
И кругоем лазури распростертый
Богаче стал, от нас поголубев.
Мы так живем в той песне безоглядной,
Мы так взметаем зыбь души в струну,
Что новый -- тут и там -- светильник жадный,
Прорезав ночь, взлетает в вышину.
И любо нам безумное забвенье,
И любо перелить нам в злато медь,
Любовью звонкой вечность лить в мгновенье,
Сквозь тишину до вышних звезд греметь!