Раскуренный дочиста коробок, Окурки под лампою шаткой. Он гость -- я хозяин. Плывет в уголок Студеная лодка-кроватка.
-- Довольно! Пред нами другие пути, Другая повадка и хватка! -- Но гость не встает Он не хочет уйти; Он пальцами, чище слоновой кости,
Терзает и вертит перчатку... Столетняя палка застыла в углу, Столетний цилиндр вверх дном на полу, Вихры над веснушками взреяли,--
Из гроба, с обложки ли от папирос -- Он в кресла влетел и к пружинам прирос, Перчатку терзая, -- Рылеев... -- Ты наш навсегда! Мы повсюду с тобой
Взгляни! -- / И рукой на окно: / Голубой Сад ерзал костями пустыми, Сад в ночь подымал допотопный костяк, Вдыхая луну, от бронхита свистя,
Шепча непонятное имя... -- Содружество наше навек заодно! -- Из пруда, прижатого к иве, Из круглой смородины лезет в окно
Промокший Каховского кивер... Поручик! Он рвет каблуками траву, Он бредит убийством и родиной, Приклеилась к рыжему рукаву
Лягушечья лапка смородины... Вы тени от лампы! / Вы мокрая дрожь Деревьев под звездами робкими... Меня разговорами не проведешь,
Портрет с папиросной коробки... Я выключил свет -- и видения прочь! На стекла, с предательской ленью, В гербах и султанах надвинулась ночь,
Ночь Третьего отделенья... Пять сосен тогда выступают вперед, Пять виселиц, скрытых вначале; И сизая плесень блестит и течет
По мокрой и мыльной мочале... В калитку врывается ветер шальной, Отчаянный и бесприютный, -- И ветви над крышей и надо мной
Заносятся, как шпицрутены... Крылатые ставни колотятся в дом, Скрежещут зубами шарниров, Как выкрик: / «Четвертая рота -- кругом!» --
Упрятанных в ночь командиров... И я пробегаю сквозь строй без конца В поляны, в леса, в бездорожья... ...И каждая палка хочет мясца,
И каждая палка пляшет по коже... В ослиную шкуру стучит кантонист (Иль ставни хрипят в отдаленье?)... А ночь за окном как шпицрутенов свист,
Как Третье отделенье, Как сосен качанье, как флюгера вой... И вдруг поворачивается ключ световой. Безвредною синькой покрылось окно,
Окурки под лампою шаткой. В пустой уголок, где от печки темно, Как лодка, вплывает кроватка... И я подхожу к ней под гомон и лай
Собак, зараженных бессонницей: -- Вставай же, Всеволод, и всем володай, Вставай под осеннее солнце! Я знаю: ты с чистою кровью рожден,
Ты встал на пороге веселых времен! Прими ж завещанье: / Когда я уйду От песен, от ветра, от родины -- Ты начисто выруби сосны в саду,
Ты выкорчуй куст смородины!
Cookies on Poetry Cove