Были битвы -- и люди пели...
По дорогам, летящим вдаль,
Оси пушечные скрипели,
Ржали мулы, сияла сталь...
Белый конь, выгибая шею,
Шел приплясывая... / А за ним
С бивуаков, где ветер веял,
Над кострами шатался дым...
Волонтерами смерть и слава
Предводительствовали... / Вот
Нож пастуший / И штык кровавый,
В парусах и знаменах флот.
От Сицилии до Милана
Гарибальди прошел -- / И встал
Телом бронзового истукана
На обтесанный пьедестал...
А кругом горизонт огромен...
И, куда долетает взгляд,
Острой грудой каменоломен
Альпы яростные лежат...
Ветер дует оттуда горный,
Долетает оттуда снег,
И, студеной узде покорный,
Конь на камне замедлил бег...
А внизу, / У его подножья,
На базарах и площадях,
Ветер смутной тревожит дрожью
Густо-черный поход рубах...
И прислушивается к кличу
Конник... / Кажется, будто в ряд
Гроздья воронов на добычу
Опустились – и говорят...
Нож и ночь -- / Вот закон упорный;
Столб с петлею -- / Вот верный дар...
По зрачкам только ветер черный
Да разбойничий перегар...
Это тех ли повстанцев дети,
Что, покинув костры вдали,
Через реки, обвалы, ветер
Штык на Австрию навели...
Над Миланом / На пьедестале
Страшный всадник / И страшный конь;
Пальцы грозно узду зажали,
И у пристальных глаз ладонь;
С окровавленного гранита
В путь! / На север! / В снега и мрак!
Крепче конское бей копыто,
Отчеканивая шаг...