Над сгорбленной скалой / Круг солнца обновлен,
Вдоль берегов бегут / Взбешенные потоки.
Под сгорбленной скалой / Прохладен лунный сон,
На кленах день висит, / Прозрачный и глубокий.
В косматых сумерках / Взъерошенных лесов
К ветвям подвешены / Тяжелые светила.
Несется пыльный шум / В круговорот валов,
И небо падает / В клокочущее мыло.
Из сел покинутых, / Из брошенных садов
Плетутся биндюги / На сгорбленных колесах.
Биндюжники везут / Тяжелый груз столбов,
Глядят на свет звезды, / Горящей на откосах.
Из городов и сел / Им слышен шаг людей,
Идущих яростно / Чрез берега и реки.
Биндюжники везут / Тяжелый груз камней;
Им слышен крик воды, / Закованной навеки.
И за сердце берет / Тревожный черный страх
Седых биндюжников / С заросшими глазами...
Идет людской поток, / Кружится водный прах,
Над скалами встает / Иного солнца пламя!