Страна в снегах, страна по всем дорогам Исхожена морозом и ветрами; Сугробы в сажень, и промерзла в сажень Засеянная озимью земля.
И города, подобно пешеходам, Оделись в лед и снегом обмотались, Как шарфами и башлыками. / Грузно Закопченные ночи надвигали
Гранитный свод, пока с востока жаром Не начинало выдвигаться солнце, Как печь, куда проталкивают хлеб. И каждый знал свой труд, свой день и отдых.
Заводы, переполненные гулом, Огромными жевали челюстями Свою каменноугольную жвачку, В донецких шахтах звякали и пели
Бадьи, несущиеся вниз, и мерно Раскачивались на хрипящих тросах Бадьи, несущиеся вверх. / Обычен Был суток утомительный поход.
И в это время умер человек. Страна в снегах, страна по всем дорогам Исхожена морозом и ветрами. А посредине, выструганный гладко
Сосновый гроб, и человек в гробу. И вкруг него, дыша и топоча, Заиндевелые проходят люди, Пронесшие через года, как дар,
Его слова, его завет и голос Над ним клонятся в тихие снега Знамена, видевшие дождь и ветер, Знамена, видевшие Перекоп,
Тайгу и тундру, реки и лиманы. И срок настал: / Фабричная труба Завыла, и за нею загудела Другая, третья, дрогнул паровоз,
Захлебываясь паром, и, натужась Котлами, засвистел и застонал. От Николаева до Сестрорецка, От Нарвы до Урала в голос, в голос
Гудки раскатывались и вздыхали, Оплакивая ставшую машину Огромной мощности и напряженья. И в диких дебрях, где, обросший мхом.
Бормочет бор, где ветер повалил Сосну в болото, где над тишиною Один лишь ястреб крылья распахнул, Голодный волк, бежавший от стрелка,
Глядит на поезд и, насторожив Внимательное ухо, слышит долгий Гудок и снова убегает в лес. И вот гудку за беспримерной далью
Другой гудок ответствует. И плач Котлов клубится над продрогшей хвоей. И, может быть, живущий на другой Планете, мечущейся по эфиру,
Услышит вой, похожий на полет Чудовищной кометы, и глаза Подымет вверх, к звезде зеленоватой. Страна в снегах, страна по всем дорогам
Исхожена морозом и ветрами, А посредине выструганный гладко Сосновый гроб, и человек в гробу.
Cookies on Poetry Cove