Едва я на ногах, шатаюся как пьяный,
Мысль отуманена, и голова горит.
Ох! тяжело сидеть в тюрьме поганой --
В ее стенах один я, как живой, зарыт:
Томлюсь, переношу тяжелые лишенья
Свободы, воздуха и голоса людей,
Все в одиночестве, в тюремном заключеньи,
При кликах часовых, шептаньях сторожей
Иль шумной беготне со связками ключей.
И колокольный звон, всегда однообразный,
Переливаяся, и день и ночь звучит;
Куда ни поглядишь -- тюрьмы вид безобразный,
Перед глазами все шпиц крепостной торчит.
Ох, тяжко, тяжко мне, -- мои воспоминанья
Влекут меня в былые счастья дни,
И плакать хочется, без слез мои рыданья,
Их заменяет смех, трепещущий в груди.
И злобой и тоской исполненный глубокой,
Я хохочу один здесь одинокой,
О боже праведный! Спаси и сохрани
Мой павший дух в тюрьме от истомленья.
Сибирь и каторга -- мечты мои одни,
В них счастье всё мое и радость избавленья.