Нет, им не суждены краса и просветленье;
Я повторяю их на память в полусне,
Они -- минуты праздного томленья,
Перегоревшие на медленном огне.
Но всё мне дорого -- туман их появленья,
Их нарастание в тревожной тишине,
Без плана, вспышками идущее сцепленье:
Мое мучение и мой восторг оне.
Кто знает, сколько раз без этого запоя,
Труда кошмарного над грудою листов,
Я духом пасть, увы! я плакать был готов,
Среди неравного изнемогая боя;
Но я люблю стихи -- и чувства нет святей:
Так любит только мать, и лишь больных детей.