Над Москвою старой златоглавою Не звезда в полу́ночи затеплилась, Над ее садочками зелеными, Ой зелеными садочками кудрявыми
Молодая зорька разгоралася. Не Вольга-богатырь нарождается, Нарождается надёжа -- молодой певец, Удалая головушка кудрявая.
Да не златая трубочка вострубила, Молодой запел душа-соловьюшка, Пословечно соловей да выговаривал, (Тут не рыбы-то по заводям хоронятся,
Да не птицы-то уходят во поднебесье, Во темных лесах не звери затулилися, Как услышали соловьюшку малешенького, Все-то птичушки в садочках приуслушались,
Малы детушки по зыбкам разыгралися, Молодые-то с крылечек улыбаются, А и старые по кельям пригорюнились. Рыданье струн седых развей,
О нет, Баян, не соловей, Певец волшебно-сладострастный, Нас жег в безмолвии ночей Тоскою нежной и напрасной.
И не душистую сирень Судьба дала ему, а цепи, Снега забытых деревень, Неволей выжженные степи.
Но бог любовью окрылил Его пленительные грезы, И в чистый жемчуг перелил Поэт свои немые слезы.
Среди измен, среди могил Он, улыбаясь, сыпал розы, И в чистый жемчуг перелил Поэт свои немые слезы.
О, свиток печальный! Безумные строки, Как гость на пиру В небрачной одежде,
Читаю и плачу... Там ночи туманной Холодные звезды, Там вещего сердца
Трехдневные муки, Там в тяжком бреду Томительный призрак Свой черный вуаль,
Вуаль донны Анны, К его изголовью Склоняя, смеется... Но в поле колдунья ему
Последние цепи сварила И тихо в немую тюрьму Ворота за ним затворила. Творцу волшебных песнопений
Не надо ваших слез и пеней: Над ним горит бессмертный день В огнях лазури и кристалла, И окровавленная тень
Там тенью розовою стала, А здесь печальной чередою Всё ночь над нами стелет сень, О тень, о сладостная тень,
Стань вифлеемскою звездою, Алмазом на Ее груди -- И к дому бога нас веди!.. С немого поля,
Где без ненастья, Дрожа, повисли Тоски туманы, -- Туда, где воля,
Туда, где счастье, Туда, где мысли Простор желанный!
Cookies on Poetry Cove